igparis

Тема пленных в "Войне и мире".

Вообще "Войну и мир" перечитываешь, и многому вдруг удивляешься.
Как известно, князь Андрей Болконский ближе к финалу умрёт от ран, полученных в Бородинской битве. Но накануне этой битвы он вдруг изливает душу насчёт того что пленных не брать!.. (а раненых уж и подавно, надо полагать - добивать?.. хотя его-то самого, ещё после Аустерлица, раненого, не добили, но отдали местным выхаживать)
Не брать! - ибо сие мол лицемерно и делает войну более продолжительной и жестокой (!).
Мол если бы не было такого подлого обычая брать пленных - то и войн-то не было: побереглись бы люди воевать... Конструктивно!
И присутствующий при этом его лучший друг Пьер Безухов поддаётся, как обычно, влиянию князевых речей, восхищённо поддакивает.
Он ещё не знает, что через неделю в Москве французы его лицемерно возьмут в плен, а потом нелицемерно чуть не расстреляют. И тогда, сразу по взятии его в плен, он как-то вот НЕ потребует своего расстрела... хотя князь Андрей Болконский со своим принципом - не брать! - был бы, я чай, этим очень недоволен... Или как? - для друга-Пьера он сделал бы исключение? и не упрекнул бы французов в лицемерии и ложном гуманизме?.. Как-никак не угробили же хорошего человека?.. К слову сказать - Пьера и пленных не только далеко не всех угробили, а кормили и мясом... которое только после своего перехода на конину также и в котлах их пленных-русских стало конским.
Князя Андрея автор избавляет и от картины смерти пленного Платона Каратаева (впрочем и вовсе ему незнакомого). "Не брать пленных" - означало бы, по Андрею, не брать в плен и этого божьего человечка. Так князь Андрей прямо-таки и порадовался бы расстрелу Каратаева (слабых пленных французы пристреливали) - поскольку это нелицемерно и укорачивает войну?
...Тема плена впрочем, мелькнула ещё чуть раньше, когда в Островненском бою пленного взял гусар Николай Ростов. И во-1-х, этого пленного Ростов и не собирался брать, а рубанул шашкой - ну, бой: бью - убиваю... а как ещё? Однако у него вышло француза слегка только царапнуть и напугать, и тот сдался. Француз "с домашним обыкновенным лицом", с "дырочкой" (ямкой) на подбородке. И сразу что-то в своём подвиге Ростов почувствовал не то. Что-то смущало его душу после этого поступка, несмотря на награждение по службе. Автор, как мы увидим далее, так и не развеял этого смущения - ничего не вывел из того случая ни для героя, ни для читателя... Во всяком случае дальше, уже в эпилоге Николай Ростов громко заявляет о своей преданности долгу службы (буду рубить!..), когда будущий декабрист Пьер намекает на неподчинение начальству. Никаких смущённых воспоминаний о пленном.
В последнем томе, где рассказ уже об исходе нашествия, мы вдруг видим полного приверженца взглядов князя Андрея - Долохова, снова тут он, голубчик. Долохов - в 1812 году командир летучего отряда, он французов бьёт, отнимает амуницию и не берёт пленных.
Но опять же - порадовался ли бы князь Андрей торжеству своих принципов? - Дай ответ, автор! - Не даёт ответа... (князь Андрей уже далеко, да ещё жив ли?) Не хочет Лев Николаевич даже показать, каким способом и с какими чувствами Долохов от пленных избавиться: эпизод обрывается на пересчитывании пленных французов. Насчитали их человек с 200, а уж порубали их наши, не пожалели ли свинца - об этом умолчано. Перед тем боем, правда, явился партизан - Тихон Щербатый, порешивший топором (sic!) иных неважнецких пленных. Но неясность осталась.
Неясность - и в отношении Венсана Босса, пленного француза, мальчика-барабанщика, захваченного ещё несколько прежде того. С мальчиком Венсаном проблема ещё в том, что его не только уже успели пожалеть за юность и накормить, но и ввести в кружок русских офицеров - в их избу, чтобы ещё обогреть, да ещё и обуть (октябрь уж на дворе)... Стоп - а отчего же его ещё в плен русский гусар вёз разутым?.. Так его же разули поначалу... а уж потом вновь обули? - хлопотами уже новоявленного русского гусара Пети Ростова (не путать с его братом-гусаром Николаем). Пете Ростову, как помним, ещё 16 лет, он только дорвался до военной службы (с помощью именно тёзки-Пьера)... И вот, прибыв с миссией курьера к летучим гусарам, он приметил сверстника из пленных французов - мальчика-барабанщика. Петю автор избавляет, таким образом, от выслушивания лозунга "пленных не брать!" (князь Андрей при смерти, Тихон Щербатый доложил невнятно, Долохов ещё за сценой).
...Случайно или нет - фамилия бедняги-барабанщика Bosse - означает "бугор, горб, выступ", то есть нечто физически обратное "дырочке". Для Ростова-старшего его пленный был "француз с дырочкой" (ямкой на подбородке), а его брату Пете достался, как видим - "бугорок". Совпадение?.. И вопрос плена вообще, как видно, прошёл близёхонько, но стороной мимо Пети... если не считать того, что его последняя атака стала освободительной для русских пленных. А среди пленных был и его тёзка (будущий муж его сестры) Пьер Безухов. И - если не считать того, что Петя был убит в этом бою: встреча тёзок стала смертельной для одного из них; выжил тёзка старший, французский пленный и носитель офранцуженного имени: Пьер.
Как выживший и освобождённый Пьер принял бы расправу с его недавними пленителями - и о том автор умалчивает. А ведь выходит при этом, что освобождён Пьер (не только Петей Ростовым) - Долоховым... бывшим любовником его жены, с которым он 7 лет назад из-за этого стрелялся и которого тогда умудрился ранить...
(где-то в эти же дни в далёком Петербурге эта жена - красивая Элен - как раз тоже умирает; так Пьер освобождён и от брака; а её любовником - от плена; старые рога и новая свобода: как всё закручено!)
Да, а ведь освобождению Пьера и смерти Пети предшествовало ещё нечто на ту же тему: Долохов предлагает французам (!) перебить пленных! Напомню: в ночь до атаки Долохов и Петя переодеваются в французскую форму (ещё тёпленькую, спасибо Тихону Щербатому) и въезжают к тем в лагерь для разведки. Французский язык Долохова до того совершенен, что французы почти не подозревают в нём шпиона... тем более - ночь, мороз, у костра их немного. И тут-то наш герой-любовник и сообщает (к удивлению молчаливого Пети) французам, что он-де на их месте, "эту сволочь" расстреливал бы, чтобы не возиться... (в далёком Ярославле умирающему князю Андрею это не снилось ли в ту минуту?) Зачем же Долохов это им говорит? Намекает на их собственную завтрашнюю участь?.. Ну, а если бы он их убедил? и если бы следующее утро они начали бы с экзекуций? Как мы понимаем, тогда Пьера Безухова назавтра пришлось бы не освобождать, а хоронить вместе с его юным тёзкой Ростовым.
Но французы князя Андрея и Долохова не послушались (хотели ещё продлить войну?). А Петя Ростов по возвращении из этой вылазки с той вылазки... поцеловал Долохова в знак восхищения перед его смелостью.
Это открывает ещё одну не очень разработанную тему в "Войне и мире": тему мужских поцелуев.
Она у меня не включает нескольких прощальных, обычных поцелуев между героями, но - было ведь и несколько особенных.
Если припомнить, то Долохов поцеловал Пьера Безухова накануне Бородинской битвы; просил простить за возможные обиды.
А уже после Бородинской битвы врач-хирург, прооперировав раны князя Андрея, поцеловал его в губы. Автор не упоминает, целовал ли этот хирург до этого Анатолия Курагина (лежащего на соседнем столе), которому он ампутировал ногу. Но можно быть уверенными, что сколько-то частиц крови Анатоля передались Болконскому; человеческая же любовь к ближнему - вспыхнула в Болконском в те минуты (см. описание в тексте). Да-да - к Анатолю. А ведь это был тот, кто почти умыкнул его невесту Наташу Ростову, сломав их брак; а ещё раньше он скандально сватался к его сестре Марье Болконской. Стоял напротив неё, нахально дрыгая ногой, ещё не позревающей об ампутации...
И снова она, болезная - дрогнула, дрожала, как ни держали фельдшера...
...Ещё вдогонку чуть не забытое, об участии главных героев в Бородинской битве вопрос: отчего автор не дал им как следует сразиться?
В самом деле: Николай Ростов - вовсе не участвовал там, как раз отправленный за конным пополнением в Воронеж.
Князь Андрей Болконский - участвовал, но... простояв на месте несколько часов с полком и только попав под разрыв гранаты.
Пьер Безухов был вообще-то гражданский, и вообще-то не имевший права там находиться. Но он-то, Пьер, выходит, и сражался... Ну, как сражался - набежал случайно на какого-то французского офицера, с ним схватился руками за что попало... Но... в крайнем смущении они и разбежались, так и не поняв, кто из них кого взял в плен... и вообще, зачем это надо. Автор тут ненавязчиво наводит нас снова на тему пленных: и, слава Богу, вышло по князю Андрею - без пленных. И без экзекуции.
Второстепенные герои - они как сражались? Борис Друбецкой - не сказано как. Долохов - тоже не сказано. Анатоль Курагин - сказано только, что поражён по ногам, а сражался ли?..
Описательная сдержанность батальных сцен - предельная: есть дым, блеск и грохот, есть смерть от действия артиллерии, но, как говорил в таких случаях Дон Корлеоне - ничего личного. Ни одного сабельного удара, ни одного меткого ружейного выстрела, сделанных кем-то конкретно.
Читатель может только догадаться: Борис Друбецкой болтался в ставке Кутузова; дрались физически же, получается - Долохов и Курагин. Эти грубые и аморальные самцы... Причём Долохов мог и славно драться...
Я подозреваю однако, что автору было неловко или стыдно или мерзко описывать, как он или они славно дрались.